0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Личный опыт мне 31 я живу с ревматоидным артритом

Личный опыт: мне 31, я живу с ревматоидным артритом

Артрит — это не только про бабушек. Мы записали монолог читательницы «Ножа», которая борется с болезнью с 25 лет и советует серьезно относиться к симптомам, которые могут возникнуть и в молодом возрасте.

Меня зовут Женя, мне 31 год, из них 6 лет у меня диагноз: ревматоидный артрит. Сейчас многие знают, что такое рак или СПИД, а вот о РА говорят не очень часто.

Все началось в 2012 году.

Первая скованность в руках по утрам приводила к панике: я не могла сжать зубную щетку. Врачи в травмпункте сказали, что это из-за работы за компьютером. Первые симптомы и правда схожи с другими, менее сложными заболеваниями.

Хуже стало год спустя, когда ни с того ни с сего я стала ощущать жуткие боли не только в руках, но и в ногах, по утрам ступить на ногу было невозможно, буквально. Первые 20–40 минут после пробуждения казались каким-то кошмаром, к тому времени боли в руках разошлись до такой степени, что надеть одежду самостоятельно я не могла, пока не подействует обезболивающее. Боль похожа на ту, когда очень сильно ушибся, — и эта первая звенящая боль не проходит.

У Эдит Пиаф был ревматоидный артрит, и, чтобы избавиться от болевых ощущений, она принимала морфий. Периодически я думала, что это вполне оправданно.

Походы по врачам и анализы привели меня к ревматологу. Врач пенсионного возраста тогда сказала, что не видит у меня РА и мне стоило бы одеваться теплее. Тогда я еще не понимала масштаб бедствия, которое наступит после того, как я со спокойной душой выйду из кабинета.

Забегая вперед, скажу, что спустя два года, когда мне пришлось вернуться к этому врачу из-за бюрократических вопросов в медицине, она признала, что неправильно поставила диагноз. Походы в платные поликлиники, прием лекарств, которые никак не влияют на болезнь, аллергические реакции от таблеток и острые реакции внутренних органов — далеко не весь список пережитого. «Бывает и так», — сказала она.

Очередной московский ревматоидный центр (я тогда жила в столице и могла выбрать центр). На приеме у врача я рыдала — у меня кончились силы терпеть боль.

За это время я изучила симптоматику, результаты своих анализов и уже знала, что у меня ревматоидный артрит, а три врача-ревматолога всё не могли поставить диагноз и назначить правильное лечение.

Так что, когда я пришла к [своему нынешнему врачу] Т. А., она сказала, что назначает гормоны и будет вводить лекарство в мое лечение постепенно, — а я всё ревела.

Гормоны — это результат затянутого начала лечения, точнее, его отсутствия, длительный воспалительный процесс просто так не затихнет, а основное лекарство — только в уколах — раз в неделю, строго по расписанию. Обезболивающее и мази, примочки из странных растворов — дополнительные помощники.

Боли начали утихать, пришли побочные эффекты от сложных лекарств: тошнота, головокружение и другие…

Я принимаю лекарство, которое принимают люди с диагнозом «рак». Только объемы у нас разные.

Ревматоидный артрит — хроническое заболевание, при котором воспаляется синовиальная мембрана, из-за чего суставы теряют подвижность и опухают. Постепенно воспаление разрушает концы кости и покрывающий суставные поверхности хрящ. Нарушаются структура и функции связок, придающих суставу прочность, и он начинает деформироваться.

Чаще всего болезнь поражает несколько суставов и обычно начинается на одном из мелких — кисти или стопы. Как правило, заболевание развивается симметрично. В воспалительный процесс могут быть вовлечены глаза, легкие, сердце и кровеносные сосуды. Болезнь обычно развивается медленно, но клинически проявляется резко.

Ревматоидный артрит — аутоиммунное заболевание; синовиальную мембрану, а в ряде случаев и другие части тела повреждают свои же антитела.

Ревматоидный артрит не свойствен молодому возрасту, да и вообще мало изучен.

До сих пор не ясно, почему иммунная система начинает так себя вести — уничтожать свой же организм. Самая распространенная версия — стресс.

Единственное, что известно наверняка, — сегодня ревматоидный артрит не излечивается, он на всю жизнь.

Я боялась этого заболевания. Видела, что оно делает с суставами и как люди впадают в отчаяние. Оно и понятно, изменения настолько уродливы, а ты настолько беспомощен…

Однажды я почувствовала, что мне нужна поддержка, и зашла на форум для людей с РА. С тех пор я больше не посещала таких форумов. Вероятно, у русского человека фокус внимания смещен больше на страдания и на то, как ему плохо. Я же искала, скорее, поддержку, рецепты того, как люди справляются, уверенность, что нам всё посильно.

Один раз пошла к психотерапевту, рассказала ему, как переживаю и нервничаю, ведь знаю, что это заболевание со мной на всю жизнь, а жизнь на глазах рушится. Он выписал мне лекарство. Я его приняла и ощутила упадок сил, мне ничего не хотелось делать. Чтобы не навредить себе больше и не впасть в апатию, я не стала больше его пить и к этому врачу больше не ходила. Моральную поддержку я стала искать в себе сама.

Почти никто из моих друзей не знает, что у меня серьезное заболевание. Один близкий человек узнал, я рассказала, но потом немного жалела. Он стал очень волноваться за меня. Когда я увидела, что он смотрит на меня как на жертву, я решила, что не хочу, чтобы все беспокоились. Не хотела показаться слабой.

Ты молода, у тебя много планов, и вдруг ты уже не можешь жить полноценно, врачи говорят, что тебе нельзя заниматься активными видами деятельности и работа твоя тебе не подходит — слишком большая физическая нагрузка. Поэтому о своей особенности я молчала.

За несколько месяцев до того, как у меня развился ревматоидный артрит, я сменила сферу деятельности и стала работать бариста. Мне хотелось развиваться в кофейной индустрии, у меня был план на несколько лет. И вот ты приходишь на работу и понимаешь, что не можешь сжать руку, чтобы приготовить кофе, тебе просто не хватает сил делать то, что ты любишь.

Сейчас я просыпаюсь в 6 утра, принимаю таблетку метипреда и продолжаю спать. Так начинается каждое мое утро с 2014 года. Раз в неделю ставлю укол основного лекарства. Таких страшных болей, как раньше, нет, лекарства помогают. Но я всё же боюсь просто удариться пальцем или локтем — суставы реагируют. Несмотря на то что мне стало легче, мне нельзя бегать, под запретом ударные нагрузки, нельзя заниматься активным спортом в принципе. Так что пробежать марафон или проехать на велосипеде длительный маршрут я не смогу.

Но я прошла этап принятия.

Болезнь ограничивает мою жизнь, но я не стала заложником своего тела. Я по-прежнему хожу в спортзал, занимаюсь силовыми упражнениями, параллельно занимаюсь йогой.

Я не разлюбила прогулки, я научилась быть спокойнее. Ведь сначала казалось, что все вокруг бодрые и сильные и только ты такой слабак. Но потом ты учишься быть более плавным и летящим, узнаешь, как можешь сбалансировать самого себя.

Ощущая эту гармонию и каждый день находя силы на борьбу, я поняла, что не готова оставлять любимое дело — кофейную индустрию. Сейчас я открыла в Петербурге свою кофейню — «Щегол». И не собираюсь останавливаться на достигнутом. В этом году планирую запустить еще несколько проектов.

Я подошла к черте, когда могу бороться со своими страхами, связанными с заболеванием. Я понимаю, что если такая проблема была у меня, то она может быть и у других людей с РА. И мне важно показать, что мы не одиноки, что мы можем найти поддержку.

У нас в Петербурге есть группа активистов из «Спасибо», они устанавливают по всему городу контейнеры, куда можно сдавать вещи. Я обратилась к ним за помощью, чтобы мы сделали проект для людей с ревматоидным артритом, и они согласились. Сейчас мы разрабатываем концепцию. Точно знаю, что хочу открыть место, куда все смогут приходить и обсуждать свои проблемы, связанные с заболеванием, и получать помощь.

Но пока центра нет, я могу лишь дать несколько советов:

— Если у вас ревматоидный артрит либо есть подозрение на него, сразу идите к врачу, ищите хорошего специалиста — вам с ним долго по пути.

В какие-то моменты я прекращала терапию без одобрения врача: мне казалось, что я выздоровела, — не делайте так, РА — коварное заболевание, потом может быть хуже.

— Надо помнить: как бы больно ни было, наступит день, когда боли не будет, главное — не опускать руки и подобрать лечение!

— Еще нужно делать зарядку. По утрам ты чувствуешь себя настолько скованно, будто твое тело сжалось в комок. Но проходит время — обязательно нужно сделать зарядку, очень медленную, прощупать все косточки и мышцы. Это помогает.

Ну и одевайтесь теплее, конечно! Говорят, это защищает от многих заболеваний.

У меня ревматоидный артрит, и я научилась им управлять

В России ревматоидным артритом (РА) страдает около 2% населения. Болезнь страшна тем, что причины ее возникновения до сих пор неизвестны, а полное выздоровление бывает крайне редко. Ряд врачей считают, что спусковым крючком заболевания может быть обычный ОРВИ, способный вызвать мутации в иммунной системе. У полностью здорового человека в один момент иммунитет начинает атаковать собственные суставы, принимая их за вредителей. Без правильного лечения больной быстро становится инвалидом с ограниченной способностью к передвижению. В зоне риска — молодые люди до 35 лет, особенно женщины.

  • Наталья, 33 года
  • Город: Москва
  • Профессия: редактор

У меня всегда был очень сильный иммунитет. Помню, когда в детские годы зимой все вокруг болели, я была огурцом. Что такое «першит в горле», почувствовала лишь в 19 лет. В общем, была этаким киборгом. Потом, когда заболела ревматоидным артритом, узнала, что именно люди с высоким иммунитетом подвержены аутоиммунным заболеваниям.

Меня скосило в 29. Однажды утром я просто не смогла встать с постели: болели абсолютно все суставы — от мелких на пальцах до тазобедренных. В то время я работала на удаленке, идти никуда не надо было, чему я порадовалась и подумала, что завтра-послезавтра все пройдет. Тем более что звоночек уже был: похожее состояние я испытывала год назад, но тогда все обошлось.

Прошло две недели, а мое состояние не улучшалось: вставала с трудом, таблетки не помогали. Я начала экспериментировать — смешивала разные нестероидные обезболивающие, и мне становилось лучше всего на полдня. В поликлинику я не спешила до тех пор, пока мне не предложили работу в офисе. Но к тому времени я уже понимала, что, скорее всего, у меня ревматоидный артрит — состояние, которое я испытывала, было подробно описано на медицинских сайтах.

Особенно сильно болели пальцы рук. Они были горячими и красными. Со временем фаланги стали деформироваться.

Врачи подтвердили мои догадки и назначили уколы иммунодепрессанта, сказав, что это «золотой стандарт» в лечении РА. На тот момент ревматоидный фактор в крови у меня зашкаливал до 500 (у здорового человека — от 0 до 14). Препарат действительно помог, но примерно через четыре месяца — эффект у него накопительный. Вот тогда я стала снижать дозу обезболивающего. Эти несколько месяцев до того, как я почувствовала облегчение, дались очень тяжело — новая для меня специфика работы, новый коллектив, а ты думаешь о том, что тебе постоянно больно.

Ревматологи хором говорят, что ни в коем случае не стоит использовать в лечении РА отечественный иммунодепрессант. Да, он недорогой и помогает, но от него много «побочки». Также решила делать уколы, чтобы не портить желудок таблетками. Важный момент в лечении иммунодепрессантами: если женщина, страдающая РА, решит родить, то такой препарат, неважно, какого он производства, нужно отменять за полгода до беременности, поскольку он увеличивает риск возникновения уродств у плода в несколько раз.

Самая большая проблема в жизни страдающего РА — найти хорошего врача. Я его не нашла до сих пор. Первый доктор, которая меня вела, относилась демонстративно наплевательски: «Живите как хотите, только не забывайте раз в неделю сделать укол. Можно даже алкоголь употреблять в любых количествах», — говорила она. О том, чтобы корректировать дозу препарата, речь вообще не шла. Как и о том, что если я чем-то заболеваю — простудой или гриппом, например, то нужно пропускать укол. Я не пропускала, и за одну зиму простужалась семь раз. Препарат же подавляет иммунитет. Понятно, что про алкоголь и курение лучше вообще забыть: иммунодепрессант и так очень токсичен, а эти «удовольствия» только усугубляют ситуацию для организма в целом. Конечно, можно выпить, но это должно быть исключение из правил.

Читать еще:  Запущенная стадия заболевания

Другой врач оказалась девушкой душевной и желающей помочь, но без опыта. Она скорректировала мне дозу и вселила надежду, что все не так плохо. К ней я ходила по ДМС, и она как могла долго оправдывала мои визиты перед страховой — ведь диагноз давно был, а по ДМС страховые лишь первичные случаи заболевания. Она и рассказала мне, что во время простуды укол лучше не делать, чтобы скорее выздороветь. Правда, для меня это оказалось довольно зыбким утверждением. Однажды во время простуды я пропустила два укола и получила обострение по суставам, потом возвращалась в норму почти три месяца.

Мой знакомый терапевт предположил, что корни моего заболевания в постоянном внутреннем напряжении, и убедил пойти к психотерапевту. Я и правда, сколько себя помню, часто находилась в напряжении: переживала по любому поводу и винила себя в любых ссорах и неудачах, что только усугубляло мои отношения с окружающими и удваивало внутренний прессинг. Пришлось пропить курс антидепрессантов и пройти курс психотерапии по корректировке поведения и восприятия проблем.

Внутренне напряжение снизилось примерно через 3-4 месяца лечения у психотерапевта, ушли переживания по пустякам, и я заметила, что мои суставы почти не болят и обезболивающее я давно не покупала. Болезнь перестала проявляться и прогрессировать.

Однако это не означает, что можно отменять иммунодепрессант — есть большой риск получить обострение. Его дозу нужно снижать постепенно и по назначению врача, которого я сейчас ищу.

Недавно мой гинеколог, тоже страдающая аутоиммунным заболеванием, сказала, что можно перейти на лечение РА гормональными препаратами. И их можно принимать даже во время беременности. Кстати, во время беременности и кормления грудью часто наступает ремиссия. А потом болезнь либо возвращается с удвоенной силой, либо замирает еще на несколько лет. Хочется думать, что я могу рассчитывать на второй вариант. В любом случае лучше сохранять спокойствие и верить в лучшее.

Личный опыт мне 31 я живу с ревматоидным артритом

Ревматоидный артрит излечим! Из личного опыта.

Что это за болезнь?
Ревматоидный артрит (или полиартрит) – хроническое заболевание, которое может настигнуть абсолютно любого человека, независимо от его возраста, образа жизни и состояния здоровья.

Установлено, что чаще всего полиартритом болеют женщины средних лет (36-45 летние).

В более старшем возрасте уровень заболевания снижается.

Как проявляется?
В 70-80 годах прошлого века ревматоидный артрит считался болезнью, преимущественно, молодых людей (от 20 до 40 лет).

Сегодня так утверждать уже нельзя.

Человек может заболеть и в 50, и в 70 лет, и даже в 80 лет.

Страдают ревматоидным артритом и маленькие дети ( в основном от года до 3 лет)., правда, в гораздо меньшей степени, чем взрослые.

Суставная боль – далеко не первый симптом ревматоидного артрита.

Все начинается, с казалось бы, банальной простуды.

Сначала возникает общее недомогание, усталость, похудание.

Постепенно к этим симптомам присоединяются ноющие боли в мышцах, потливость, повышение температуры.

И уже после этого появляются боли в суставах.

Причем заболевание может поразить любой сустав.

Кроме суставных симптомов, при полиартрите возможны и другие проявления.

Например, истончение или ломкость ногтей, ослабление мышц скелета, развитие плеврита, поражение легочной ткани.

Многие из этих проявлений сопровождаются образованием ревматоидных узелков – мелких комочков, состоящих из соединительной ткани.

Они могут появиться в области пораженных суставов и прощупываться под кожей в виде плотных шариков.

Главный симптом полиартрита – поражение суставов пальцев рук.

Основываясь только на данном симптоме, уже можно поставить диагноз.

А вот если заболел коленный сустав, с диагнозом торопиться не нужно, так это может быть сигналом и других болезней.

Второй характерный признак заболевания – симптом утренней скованности, когда человек, просыпаясь утром, не может сжать кисть.

Ему приходиться подолгу разрабатывать руку, и порой это длится до самого вечера.

Отчего бывает?
К сожалению, истинные причины полиартрита не установлены.

Известно лишь, что в результате какого-то внешнего воздействия (вирусной инфекции, факторов внешней среды) происходит сбой в работе иммунитета.

Некоторые отмечают связь заболевания с сезонными обострениями и периодами физиологической перестройки организма (подростковый возраст, период после родов у женщин, климакс).

В норме клетки иммунной системы всегда реагируют на вирусную инфекцию (атакуют ее), не причиняя вреда собственным тканям организма.

Так начинается воспаление суставов.

По поводу наследственного фактора медики спорят по сей день.

С одной стороны считается, что если у человека есть определенный ген, то рано или поздно болезнь непременно наступит.

С другой же стороны, ревматоидным артритом болеют люди, и не имеющие этих генов.

Поэтому, утверждать что-то конкретное, очень сложно.

Как лечить?
Для лечения полиартрита современная медицина использует базисную терапию (Лечение, при котором снижается активность выработки антител клетками иммунной системы).

Особенность этой терапии в том, что она проводится с самого первого дня лечения и на протяжении всей жизни.

Больному назначаются препараты, которые он должен принимать постоянно.

Только при таких условиях болезнь со временем затихает, и качество жизни человека начинает меняться в лучшую строну.

Важно отметить, что лечение напрямую зависит от активности и длительности заболевания.
Для каждого больного подбирается индивидуальная программа лечения.

Но сегодня появились и универсальные препараты, среди которых наиболее распространенными являются метотрексат и сульфасалазин.

Они применяются в небольших дозировках и не вызывают побочных эффектов.

Препараты используются только раз в неделю и при этом контролируют течение заболевания.
Однако, все препараты, входящие в базисное лечение, действуют очень медленно.

Максимальный эффект появляется лишь через 6-8 месяцев от начала лечения.

Поэтому совместно с базисной терапией зачастую применяется лечение нестероидными противовоспалительными препаратами быстрого действия.

Это могут быть разогревающие гели, мази, которые проникают довольно глубоко и оказывают действие на сам сустав, но, чтобы был эффект, мазь необходимо использовать 3 раза в день.

Нестероидные препараты не способны оборвать течение заболевания, но вполне могут снизить воспаление, болевые ощущения.

Широко распространено и санаторно-курортное лечение.

Минеральные воды, лечебные ванны, грязи – все это оказывает благотворное действие на здоровье человека.

Поэтому желательно делать так: сначала пролечиться в стационаре, затем пройти физиотерапевтическое лечение (1 раз в полгода), ежедневно выполнять специальную гимнастику и раз в год ездить в санаторий, в котором лечат заболевания опорно-двигательного аппарата.

Из личного опыта.

Это – мнение официальной медицины.

На деле же, практически все, кого поразил этот недуг, знают, что ни стационарное лечение, ни физиотерапия, ни санаторно-курортное лечение сколько-нибудь значительного облегчения не дают, а систематический прием лекарств лишь добавляет новые проблемы.

Мне пришлось познакомиться со всеми «прелестями» этого заболевания еще в неполные 17 лет.

Диагноз врачей был неутешительным: вылечить это ревматоидный артрит невозможно, поддерживающую терапию придется проводить в течение всей жизни.

И началось: каждую весну и осень – бицилин, курсы инъекций и приема таблеток практически без перерывов, стационарное и санаторное лечение, физиотерапия и пр., а результат нулевой: распухшие суставы, бессонные ночи, и красно-черный туман в глазах от боли.

Так продолжалось почти 10 лет, пока однажды не прочитала в аннотации к очередному лекарству, что оно меняет картину крови, и поэтому необходимо периодически сдавать анализ крови, чтобы вовремя заметить изменения.

Тогда я резонно задала себе вопрос: «И что? Кроме ревматоидного артрита мне придется еще и кровь лечить?!». Эти-то лекарства организм уже отказывался принимать!

Изучив всю имеющуюся у меня на тот момент литературу медицинского характера, справочники по народной медицине, а также опыт оздоровления многих людей, в том числе А.А. Микулина, я составила для себя собственную систему борьбы с артритом, и первое, что я сделала – это выкинула все лекарства.

Принимать их не было никакого смысла, поскольку излечить заболевание они не могли, а только зашлаковывали организм.

Продумав, как и чем я буду заниматься, из загазованного города переехала с детьми на год на дачу в сосновый бор.

За основу лечения взяла очистительные процедуры, добавила к ним парную, голодание, физические упражнения и много-много свежего воздуха.

Сначала все давалось с трудом, и были сомнения – не напрасно ли я все это затеяла, но так не хотелось возвращаться в больницу и пичкать себя лекарствами!

Улучшение наступало как-то незаметно: сначала прошла тошнота, вызванная переизбытком лекарственных средств, потом суставы приняли свой первоначальный нормальный вид, по дому стала летать, как электровеник:))
И ближе к новому году обратила внимание на то, что мне чего-то не хватает.

Прислушавшись к своим ощущениям, поняла: у меня уже давно ничего не болит!

Ушли изматывающие боли в суставах, а вместе с ними и ночи без сна, а поскольку к хорошему быстро привыкаешь, то я и не заметила, что стала хорошо высыпаться и без труда работать по дому и на участке.

На даче я прожила до следующей осени, в город возвращалась с опаской, поскольку боялась рецидива, но Бог миловал. С тех пор прошло много лет, я по-прежнему регулярно провожу голодание и очищение организма. С той поры ни разу в больнице на приеме у врача не была, лишь изредка сдаю анализы, чтобы быть в курсе изменений, происходящих в организме. Со всеми проблемами справляюсь самостоятельно, с Божьей помощью.

Да, действительно, ревматоидный артрит не лечится, если речь идет о лечении лекарственными средствами. Многие из тех, с кем я в юности лежала в стационаре, получили инвалидность, а кто-то ушел в мир иной.

Но мой собственный опыт доказывает, что от ревматоидного артрита можно избавиться, если ответственность за собственное здоровье взять в свои руки, тем более, что на вопрос: «Что же является причиной этого заболевания?» — у медиков нет ответа.

Выходит: «Идем туда – не знаем куда, и лечим то – не знаем что», то есть «методом научного тыка».

Считаю, что целебные растения и мази можно и даже нужно использовать для облегчения состояния, но вылечить заболевание они не смогут. Только очищение организма, свежий воздух и, в обязательном порядке, физические упражнения (вспомните: «движение – это жизнь») смогут справиться с этой напастью и помогут обрести новое качество жизни.

Личный опыт«Надо же, девочка
с палочкой»: Как я живу
с ревматоидным артритом

Даша Краюхина о сексуальности, видимости и школе для родителей

Ревматоидный артрит — это аутоиммунное заболевание, которое поражает в первую очередь суставы и чаще встречается у женщин. Если артрит начинается в детстве, он называется ювенильным; протекать болезнь может по-разному, а её причины пока неизвестны. И сам ревматоидный артрит, и препараты для его терапии приводят к заметным изменениям внешности и физическим ограничениям. Психолог Даша Краюхина рассказывает о жизни с этой болезнью и о том, как не стоит говорить с людьми, у которых подобный диагноз.

О болезни и бюрократии

Мне двадцать шесть лет, и двадцать пять из них я болею ревматоидным артритом. Начало заболевания было совершенно «классическим»: появилась боль, потом высокая, под сорок, температура, которая ничем не сбивалась. Это аутоиммунное заболевание, при котором развивается очень сильное воспаление — поэтому и симптомы такие, боль и высокая температура. Был 1993 год, система здравоохранения разваливалась вместе со всем остальным, но мне повезло — диагноз поставили всего за полгода. Я знаю, что в других семьях этот процесс мог длиться и два года; думаю, сыграло роль, что мы жили в Москве, и связи папы и дедушки тоже помогли.

Сначала я лежала в инфекционной больнице, потом кто-то посоветовал пойти в институт ревматологии на Каширке — и там сразу поняли, что я их пациентка. Очень быстро начали гормональную терапию в больших дозах — это до сих пор самое эффективное средство, подавляющее такие аутоиммунные процессы. Правда, гормоны подавляют и всё остальное, замедляется рост, поэтому у людей с РА характерный внешний вид — ты всегда на полторы-две головы ниже сверстников, лицо становится круглым и пухлым.

Лечение идёт всю жизнь, до двадцати трёх лет я получала гормональную терапию. Сейчас появился новый класс лекарств — биологические средства, которые действуют на сбои в иммунной системе точечно; благодаря этим препаратам мне удалось отменить гормоны. Я получаю лечение раз в месяц, это капельницы; одна доза такого внутривенного лекарства стоит около 70 тысяч рублей. Лечение проводится за счёт государства, то есть платить не нужно, но вот бюрократический процесс оставляет желать лучшего. Нужно ежемесячно получать рецепты через заведующую поликлиникой, потом ехать их оформлять и подтверждать в ревматологический центр, потом за препаратом в специальную аптеку. Вводить его можно только под наблюдением ревматолога, то есть каждый раз оформляться на день в больницу, а это ещё куча бумажек. Препарат серьёзный, и для контроля нежелательных эффектов нужно каждый месяц сдавать кровь и каждые полгода проходить скрининг на туберкулёз.

Читать еще:  Компрессы при артрозе суставов

У людей с РА характерный внешний вид — ты всегда на полторы-две головы ниже сверстников, лицо становится круглым и пухлым

Я перенесла три операции по протезированию суставов — у меня заменены два тазобедренных и один коленный. Если болеешь с детства и принимаешь гормоны, то, как правило, годам к двадцати суставы пора протезировать — они полностью разрушаются, в них стираются хрящи. Это тоже делается по квоте, иначе это не меньше миллиона рублей. Тазобедренные суставы были в ужасном состоянии, я понимала, что их точно нужно менять; а после их протезирования у меня было очень сильное обострение с коленями — тяжёлое воспаление, отёки. Одно колено прооперировали, предстоит второе. Я поняла, что нужно это делать в относительно тёплое время года: суставы нужно разрабатывать, а зимой ходить невозможно, нет такой одежды и обуви, в которую влезают перебинтованные ноги. Весной после операции я выходила в тапочках, гуляла вокруг больницы.

Мне повезло с конституцией, у меня хороший мышечный корсет и крепкие кости. Из-за крупных сильных мышц колено держалось на месте, даже когда от сустава почти ничего не осталось. Конечно, я занимаюсь, делаю упражнения, перед операциями (и после) хожу плавать. Плавание очень хорошо помогает, особенно после операций, оно как бы даёт организму привыкнуть и понять, что этот сустав теперь мой.

Инвалидность сначала нужно было продлевать, но в девятнадцать лет её сделали бессрочной. К инвалидности ещё даётся индивидуальный план реабилитации. Туда вписано всё — в том числе технические средства (костыли, коляски), которые дают бесплатно. Я хотела получить всякие нужные штуки в квартиру, аппарат, который помогает и сгибать ногу, и разрабатывать сустав после операции, нормальную коляску, чтобы после операций гулять в парке. Но, к сожалению, на комиссии на тебя смотрят так, будто ты хочешь всех обмануть — и коляску в итоге мне не дали, сказали, что это только при инвалидности первой группы.

О быте и боли

Я хожу с опорой на трость или локтевой костыль. На дальние расстояния — только такси, но и оно не везде спасает: бывают неудобные дворы, где зимой невозможно самостоятельно пройти даже два метра. Тогда нужно либо менять планы, либо приезжать с кем-то из друзей, чтобы было кому помочь, либо откладывать дела до марта-апреля.

Могу ли я пользоваться транспортом — зависит от моего состояния. Сейчас прошло полгода с последней операции, и летом я была на море, а оно меня очень лечит — так что сейчас я могу спуститься в метро и подняться из него. Но как только начнутся заморозки, рисковать не буду. Я хорошо ориентируюсь в наземном транспорте, на него нужно закладывать больше времени, но зато не нужно спускаться и подниматься по лестницам. Квартиру мы специально сняли близко к работе, и в хорошем состоянии мне идти пешком десять минут. После операции ездила на такси — за две минуты и сто рублей.

Боль присутствует в моей жизни постоянно, она всегда идёт фоном. После трёх операций жизнь сильно изменилась, появились движения, которых не было. Боль в этих суставах ушла, но даже там остаётся мышечная боль, мышцы и хрящи долго встают на место. До операций было такое, что коленку заклинивало: согнула её, а разогнуть смогла только завтра. Так что никакого долгосрочного планирования быть не может — вернее, может, но всё часто идёт не по плану.

Человек без артрита может присесть
на корточки, нагнуться к полу. Иногда, чтобы тщательно помыть пол, я ложусь животом на низкую табуретку

Человек без артрита может присесть на корточки, встать на табуретку, что-то взять, не задумываясь, не останавливая на этом внимания. Нагнуться к полу, нагнуться к ребёнку и помочь ему одеться — для людей с РА это целое дело, требующее отдельных ресурсов и времени. Иногда, чтобы тщательно помыть пол, я ложусь животом на низкую табуретку. С девушками, с которыми мы знаем друг друга с детства по больницам, у нас есть чат «Сёстры РА», и мы часто обсуждаем быт; многие вопросы, конечно, решает клининговая служба или штуки вроде робота-пылесоса.

Стандартная кухонная мебель неудобна для маленького роста — а встать на стул ты не можешь. Достать что-то с верхней полки — целое приключение. Я живу вдвоём с сестрой, она на полтора года младше; мы обе работаем, то есть не всегда бываем дома одновременно. И важно обустроить быт комфортно для меня, чтобы она машинально не убирала что-то с нижних полок на верхние. Иногда приезжает мама, открывает шкаф и удивляется: «Почему у вас полки пустые и всё свалено на нижнюю?» А сестра отвечает: «Мам, ты забыла, каково жить с хоббитами».

Мой рост 150 сантиметров — я высокая для человека с ювенильним ревматоидным артритом; рост моих подруг — от 130 до 155 сантиметров. Кому-то удаётся одеваться в детских магазинах — но не мне, потому что у меня очень большая грудь и типичная «женская» фигура. Ещё очень трудно подбирать обувь: нога с артритом широкая, потому что отекают суставы, но при этом я ношу 34-й размер (и это больше, чем у многих девушек с РА). Детская обувь обычно слишком узкая. Есть специализированные магазины, но они продают очень странные вещи — например, какие-то жуткие сапоги на шпильках 33-34-го размера. Так что всю жизнь приходится что-то изобретать.

О работе

Я психолог в колледже архитектуры и дизайна, преподаю будущим сантехникам и электрикам. Это экспериментальная образовательная площадка, мы работаем над самоопределением студентов, меняем парадигму образования: у нас довольно специфические студенты, в семьях которых профессия воспринимается как средство выживания и заработка, а не самореализации, и мы пытаемся изменить их отношение. Мы работаем с тем, чтобы человек мог ставить цели, достигать их, понимать, чего он хочет, что его деятельность может дать миру.

А вторая моя работа — это группы поддержки родителей детей с ограниченными возможностями здоровья, с физической инвалидностью, с опорно-двигательными заболеваниями. В Москве много классных мест и групп поддержки для родителей детей с ментальными проблемами, а вот для системных заболеваний такого нет. Мы с коллегой, Ириной Кутилиной, которая тоже психолог и болеет с детства (у неё смешанное заболевание соединительной ткани, СЗСТ), написали программу встреч и потихоньку начинаем её развивать. Сейчас мы набираем родителей в группы. Мы нашли место, где будем их проводить, для родителей это будет бесплатно; ещё хотим создать школу для пациентов где-нибудь в детской больнице. Возможно, нужно проводить занятия онлайн или делать вебинар для тех, кто живёт в других городах.

С одной стороны, это будет сообщество, чтобы поддерживать друг друга, видеть разный опыт, понимать, что ты не одинок в своих проблемах. С другой стороны, будем давать конкретные знания о том, чего недостаёт ребёнку, какие у него будут трудности в связи с болезнью и отношением к ней, как выстроить общение с ребёнком и его болезнью. Больше всего проблем у подростков: они хотят взрослеть и отделяться от родителей, но когда ты на костылях, коляске, лекарствах — это очень сложно и порой невозможно, и общество никак не помогает. У родителей обычно очень сильная тревога, которая тоже не даёт отпустить ребёнка.

О помощи и об отношении окружающих

Я не стыжусь просить помощи — хотя это тоже история, связанная с преодолением. Не всегда вообще есть настроение подойти к чужому человеку, иногда хочется помолчать. Многие мои подруги не могут и стесняются просить помощи. У всех нас есть постоянное осознание того, что мы сильно отличаемся от большинства людей, и при обращении к «нормальным» людям ты всегда готова к какой-то странной реакции — что это, кто это тут? Лишний раз не хочется о себе напоминать, боишься столкнуться с вопросами, непониманием, жалостью. Но при этом я недавно начала понимать, что такая картинка — у нас в голове, и она далека от реальности.

На самом деле люди часто вообще не замечают болезнь, даже не верят. Таксист как-то очень удивился, думал, что я с палочкой, потому что ногу травмировала или ещё что-то — не может же у такой молодой девушки быть инвалидности! Мы (люди с РА) привыкли смотреть на свои суставы, быть в окружении людей с таким же заболеванием. Мы это подмечаем, сканируем, понимаем, почему человек хромает именно так или иначе. А люди, которые с этим не сталкивались, не замечают — для них я просто низенькая девушка.

Большинство людей доброжелательные, они готовы помочь и хотят поддержать или посочувствовать. Правда, далеко не все умеют корректно это делать — часто приходится слышать что-то вроде «ничего, мой друг тоже таким болел и вылечился». Ещё я часто получаю восхищённые отзывы в инстаграме, какая я молодец и как человеку нравится мой блог, а потом идёт фраза, которая всё сводит на нет: «Я-то думал, что у меня проблемы — а оказывается, бывают такие проблемы, как у вас, и можно жить и не унывать». От этого мне некомфортно.

При заболеваниях, затрагивающих речь (например, ДЦП), окружающие обычно считают, что нарушена и умственная деятельность. При РА такого нет, но все думают, что ты ребёнок — низенький и с круглым лицом. Сейчас я реже с этим сталкиваюсь, но раньше меня постоянно называли девочкой, тыкали, причитали: «Ой, надо же, девочка с палочкой». Я помню, как лет в пятнадцать-шестнадцать ехала в метро, смотрела на мальчика примерно такого же возраста и понимала, что он, скорее всего, воспринимает меня как восьмилетнего ребёнка. Лет в двадцать я увлеклась фотографией, увидела компанию подростков, навела фотоаппарат в их сторону, а они: «Девочка, не надо, убери фотоаппарат». Могут остановить где-то, где есть возрастное ограничение на вход. В общем, постоянно воспринимают как ребёнка — и для меня никогда не будет комплиментом, что я молодо выгляжу, это боль всей моей жизни.

История моей болезни. Ревматоидный артрит.

Ревматоидный артрит — это аутоиммунное системное заболевание, которое поражает в первую очередь суставы. Проще говоря, мой собственный иммунитет играет против меня, и разрушает мои суставы, но не только их. Системным оно является, потому что поражает все системы организма. Причины возникновения не известны. Считается неизлечимым. При правильном лечении возможно добиться ремиссии. Краткое описание)

С чего все это началось? Трудный вопрос. Точного времени у меня нет. Когда врач собирал анамнез, я не смогла точно ответить на вопрос «Когда Вы впервые заметили признаки заболевания, с чего началось?». Возможно все началось 3 года назад, когда почувствовала утреннюю скованность в руках, возможно когда были проблемы с голеностопом, но тогда сказали растяжение связок. Возможно год назад, прилет с отпуска, но не банально продуло в самолете плечо, что я не могла поднять руку, а это было проявлением болезни. Просто не связывала все эти симптомы воедино. Слишком большой разрыв по времени, и никогда не примеряешь на себя плохое.

Но все началось с мая-июня этого года. Дело в том, что я держала мусульманский пост — Ораза, мы в течение всего дня не пьем и не едим. Это скорее всего и запустило активный процесс. К концу поста у меня началась гнойная ангина, которую успешно пролечила антибиотиками, но самое интересное началось позже. Когда по утрам мне стало трудно вставать с постели, не могла сжать руку в кулак, вообще в руках как будто сил не было. Особенно сильно в правой кисти. Когда опухли суставы и ухудшилось общее самочувствие. Вот тогда я начала бить тревогу. Еще один не маловажный момент, я сама врач. Сделала себе несколько инъекций внутримышечно НПВП (нестиродных противовоспалительных препаратов, а именно артоксан у меня был). Но они особо не помогли. Боль убрали, но скованность и отеки суставов сохранились.
Тогда я и начала свой путь. Я начала обследования. Сдавала кучу анализов, вроде все неплохо по результатам. Но я шла дальше. Сама пошла в частную лабораторию и сдала анализы на ревмо-фактор и С-реактивный белок, БАК-посев из зева(горла). Записалась к ревматологу в крупный Республиканский ревматологичский центр. Честно, врача выбирала. По отзывам, по мнению коллег. Уже ревматолог отправил на дополнительные анализы — ИФА на различные инфекции, бруцеллез и на АЦЦП. Тогда получив результаты анализов, но еще не попав к врачу, я уже все поняла. При норме АЦЦП от 0 до 17, у меня количество антител составило 3455. Как позже сказал врач, впервые на своей практике она видела такое большое значение.
Осознание и принятие заняло очень много времени. Было много паники, когда мы в универе проходили практику я видела больных РА в поздних стадиях, и у меня в просто в голове не укладывалось, что я тоже больна, что это неизлечимо, меня ждет подобная участь. Ведь мне всего 26 лет, я только начала активно и интересно жить — путешествовать, работать, строить свою карьеру. Вот никак не укладывалось в голове. Я до сих пор мне кажется я не примирилась, лишь смирилась.

Читать еще:  Заболевания внутренних органов

Базисной терапией мне подобрали метатрексат — имунносупрессор, точнее Методжект шприц-ручка, инъекции которого делаю себе в живот раз в неделю, также принимаю ежедневно метипред- это метилпреднизолон, стероидный гормон. Он уже иммунодепрессант. Получила кучу побочных явлений от приема этих препаратов. И тошнота, и потеря аппетита, и вялость, головные боли, и настроение периодически скачет. За 3 месяца похудела на 17 кг. Распространенное явление при РА (ревматоидном артирите), но пришлось у онколога тоже обследоваться. Также осложнение на глазах- иридоциклит, это восполнение радужной оболочки и роговицы глаза. Хочу вам сказать, что когда страдает зрение, это полная жесть. Я не могла водить машину, не могла толком работать, не могла переносить яркий свет, нельзя ни телефона, ни телевизора, ни ноута. Было очень тяжко. Сейчас уже лучше.

Кстати, я консультировалась с разными клиниками, с профессорами из России, Германии, Швейцарии и Индии. Благо сама могу перевести свои результаты анализов на английский и отправить для консультации. Где-то пришлось платить за консультацию, где-то бесплатно. Принципы и стандарты лечения в странах с более-менее развитой медициной одинаковы. Но в Европе конечно чаще применяют генно- инженерные биологические препараты(ГИБП). Но и побочки от них гораааздо больше. Если мне поможет базисная терапия + гормоны, надеюсь не придется прибегать к ГИБП. Сейчас моя цель длительная ремиссия.

Самый ужас в том, что если бы я сама не имела медицинского образования, не знала бы какие анализы сдавать и куда обращаться внимание, то скорее всего мне диагноз поставили бы очень поздно, когда уже были необратимые костные изменения. Общаясь на форумах и различных сайтах, поражаюсь сколько людей мучались до постановки правильного диагноза и назначения соответственного лечения. Когда я сама обратилась в свою поликлинику, потому что хотела максимально воспользоваться возможностями бесплатной медицины, и для получения бесплатных лекарств, столкнулась с тем, что терапевт мне просто предлагал лечить обезболивающими и противовоспалительными. Никто даже не предложил направления к ревматологу. А когда я уже пришла с диагнозом для получения лекарств, даже не понимала, что такое ГОМБП (государственный объем бесплатной медицинской помощи). Она подумала это названия лекарства. Теперь я просто прихожу в поликлинику и озвучиваю, что мне надо, какие направление и какой рецепт мне должны выписать, каждый месяц сдаю анализы, чтобы видеть динамику и как лекарства отразились на работе печени, почек и организма в целом.

Если у кого-то есть схожие проблемы, хотела бы помочь, если это в моих силах. Также призываю всех своевременно лечится, не заниматься дичью типа уринотерапии или лечения голодом. Сейчас активно двигаюсь к ремиссии, принимаю все препараты, делаю гимнастику, хотя порой утром приходится вставать через боль, двигаться сжимая зубы, но сдаваться не в моих правилах. Научилась больше ценить каждый момент в своей жизни. Не позволила себе уменьшить нагрузку на работе, точнее на 2-х работах. Пока теплая погода каждые выходные выбираюсь в горы, на природу, заряжаюсь энергией. Именно природа помогла мне смириться с заболеванием и дала силу бороться дальше. Потому что весь этот путь мне приходится проходить преимущественно в одиночестве.

Поэтому кому нужна помощь, я готова откликнуться. Помочь, посоветовать или просто поддержать в меру своих сил!

Как жить с ревматоидным артритом?

Ревматоидный артрит пугает пациентов. Услышав точный диагноз, больные впадают в депрессивные состояния. Современная медицина не умеет разъяснить причины недуга, предложить эффективную профилактику заболевания, гарантировать пациентам полное исцеление. Однако отчаиваться недопустимо! Важно обладать максимально полноценной информацией в области излечения заболевания. К чему готовиться пациентам с неприятным диагнозом? Как погасить коварную болезнь, сохранив качественный образ жизни? Каков прогноз при ревматоидном артрите?

Перспектива выздоровления при заболевании

Для большинства больных медицинское заключение – настоящий шок. Недостаток сведений о недуге приводит к печальным размышлениям, отрицание врачами возможности окончательного выздоровления вызывает панические состояния. Особенно тревожат пациентов последствия ревматоидного артрита:

  1. Утрата профессиональной деятельности. Пациенты неспособны полноценно выполнять функции сотрудников. Частичное нарушение трудовой области предполагает вынужденное изменение профессии (например, грузчик заканчивает поднимать тяжести, становясь сторожем). Запущенное заболевание вынуждает больных прекратить работать совсем.
  2. Потеря способности к передвижениям. Тяжелые стадии болезни вынуждают совершать перемещения с помощью других лиц (например, медицинских сотрудников). Менее серьезные ситуации болезни выявляют нарушение мелкой моторики (например, трудно писать ручкой).
  3. Учащаются случаи переломов. Поражения сферы суставов приводят к разрушению в области костей. Деформационное истощение костных материалов повышает риски переломов в ситуации травмы.
  4. Нарушения зрительной системы. Воздействие воспалительных процессов затрагивает зрительную область, приводит к понижению остроты восприятия. Наиболее тяжелое последствие ревматоидного артрита – тотальная слепота. Малейший дискомфорт у пациента в данной сфере – повод для срочной медицинской консультации офтальмолога.
  5. Нарушения кожного покрова. Пораженные суставные области зачастую сопровождаются внешними изменениями: на коже присутствуют эрозии, язвенные образования, высыпания. Полученные поражения вызывают дискомфорт, повышают вероятность проникновения патогенных микроорганизмов. Дополнительные страдания обусловлены не эстетичностью кожных высыпаний, проявлением некрасивых подкожных узелков.
  6. Поражения почек. Длительное воспалительное воздействие вызывает распространение поражения на сферу почек. Пациентов беспокоит нефрит, сопровождающийся болевыми ощущениями. Тяжелые ситуации обуславливают отказ работы почек, угрожая необходимостью длительного лечения в данной области.
  7. Угроза работе сердца. Проявление воспаления в виде узлов в сердечных мышцам нарушает движение крови, срывает ритм, приводит к образованию сердечной недостаточности. Необходимо срочно обращаться за медицинской помощью, проводить кардиологические обследования.

Важно! Многообразие негативных последствий болезни – повод для незамедлительного лечения, а не для слез. Пугаться подобных проявлений в случае вовремя начатой терапии не стоит. Даже запущенные ситуации поддаются оптимизации за счет работы профессиональных медицинских сотрудников. Не теряйте надежду исцелиться!

Заболевание угрожает инвалидностью. Больные, приобретающие статус инвалидов, разделяются на несколько групп:

  • третья группа предназначается больным с невысокой степенью поражений. Больных беспокоят нечастые рецидивы болезни (не более двух раз за целый год). Симптомы размыты, боли не выражены, отмечены частые периоды безболезненности. Данная степень инвалидности совсем немного ограничивает больных: пациентам разрешается трудиться при условии отсутствия длительного напряжения в сфере суставов. Некоторые случаи требуют смены профессии.
  • вторая группа назначается при более тяжелом течении заболевания. Приступы случаются около трех раз в годовом периоде, сменяясь долгими периодами улучшения здоровья. Инвалиды данной группы редко остаются в привычной профессии. Изменение состояния предполагает труд в домашних условиях, затрудненные движения в пространстве вызывают необходимость посторонней помощи.
  • первая группа включает серьезные случаи развития недуга. Больные не имеют возможности реализовываться в профессиональной области, вынуждены передвигаться посредством специальных приспособлений (например, инвалидного кресла). Нередки ситуации тотальной обездвиженности больных, вынуждающие находиться в перманентном постельном режиме. Приступы заболевания постоянны, зачастую боли не проходят.

Прогноз ревматоидного артрита без соответствующего эффективного лечения неблагоприятен. Запущенные ситуации развития болезни приводят к потере элементарных умений: больные не могут существовать вне системы посторонней поддержки, перманентной медицинской помощи. Обязательно лечитесь вовремя!

Новые пути лечения болезни

Смирившись с неприятным диагнозом, пострадавшие задумываются, как победить ревматоидный артрит. Среди пациентов распространяются депрессии, ощущения тревоги, страхи. Отставьте негативные эмоции – доктора предлагают множество различных схем излечения. Среди инновационных средств медицинского лечения недуга выделяются:

  1. Ремикейд – препарат с уникальными ингредиентами. Основу лекарственного средства представляет синтезированное соединение из человеческой и мышиной ДНК. Лекарственный препарат гасит аллергические реакции организма, снимает воспаление, способствует заживлению пораженных суставов.
  2. Биологические препараты (например, Кинерет, Хумира). Специфика данных лекарственных средств проявляется в активности биологического агента, созданного в рамках генной инженерии. Посредством биологических составляющих гасятся атипичные реакции организма при заболевании. Беспокоиться за состояние защитных сил не стоит – препараты воздействуют только на отдельные элементы, сохраняя общую способность организма бороться с патогенными воздействиями.

Новые пути исцеления болезни активно применяются для устранения ревматических проявлений. Недостатком большинства инновационных лекарств признается высокая стоимость. Серьезность недуга, тяжесть негативных последствий побуждают пациентов искать инновационные методы исцеления, не жалея потраченных средств. Дальнейшее развитие медицинских технологий дает надежду на снижение цены на препараты, доступность эффективного лечения, создание специальных бесплатных программ для помощи больным.

Ревматоидный артрит – не приговор! Победить недуг полностью невозможно, однако случаи стойкой ремиссии (тотальное отсутствие проявления симптомов болезни) крайне распространены. Современные медицинские исследования доказывают эффективность новых препаратов, улучшенных схем исцеления болезни.

Прогноз продолжительности жизни при недуге

Пациентов беспокоит, сколько позволит прожить заболевание. Продолжительность жизни при ревматоидном артрите обусловлена сочетанием различных факторов:

  1. Быстрота обращения к медицинским сотрудникам. Начало лечения при первых проявлениях позволяет повысить вероятность длительного существования. Данное обстоятельство – доказательство необходимости обращения к медицинским сотрудникам при малейшей подозрительной симптоматике. Лечение предпочтительнее начинать непосредственно после установления заключения доктором.
  2. Соблюдение пациентами назначений доктора. Зачастую больные стремятся четко исполнять советы доктора в начале лечения, забывая о рекомендациях после улучшений состояния. Подобная позиция недопустима в процессе противостояния заболеванию – просуществовать длительный период позволит постоянная борьба с вспышками болезни.
  3. Генетические особенности больных. Медицинские теории доказывают влияние наследственных признаков на длительность жизни. Присутствие в роду пациентов близких, умерших после девяностолетнего возраста, повышает шансы на обретение долголетия даже при условии проявления заболевания.
  4. Психологический настрой. Тесная связь позитивности мышления с длиной жизни доказана наукой. Больные, собирающиеся достичь старости, приобретают большие возможности для долголетия. Пациенты, не верящие в длительное существование, программируются на ранний летальный исход.
  5. Квалификация медицинского персонала. Обращение больных к сомнительным специалистам чревато значительным уменьшением пути. Желательно отыскать хорошего ревматолога, использующего новые подходы к лечению. Участие в конференциях, окончание курсов повышения квалификации – важное преимущество медицинского работника. Тщательно выбирайте врача, тесно сотрудничайте с медицинским персоналом, соблюдайте рекомендации, придерживайтесь схемы лечения болезни.

Ранние исследования болезни указывали не сокращение жизни при ревматоидном артрите вплоть до 10 лет. Не спешите тревожиться! Современные методики лечения недуга позволяют устранить негативные влияния болезни, прожить долго, задавить проявления недуга.

Рекомендации по улучшению жизни при ревматоидном артрите

Отсутствие гарантии полного исцеления не означает полного ухудшения условий деятельности. Для оптимизации качества существования пациентам с ревматоидным артритом стоит выполнять следующие рекомендации:

  • привлекайте позитивные мысли, общайтесь с дружелюбным окружением, стремитесь избегать потоков негативных сведений;
  • попытайтесь меньше задумываться о недуге (например, не беспокойтесь о том, сколько живут при заболевании, каков процент инвалидности);
  • одолейте тревогу – разделяйте страхи с близкими, обращайтесь за консультацией к специалистам-психологам;
  • повышайте умение справляться со стрессовыми влияниями (посетите тренинги, самостоятельно освойте приемы успокоения);
  • займите активное положение в борьбе с недугом (изучайте новую информацию, участвуйте в экспериментах, читайте статьи о новинках в области лечения заболевания);
  • не щадите себя: по возможности двигайтесь, обязательно придерживайтесь посильной физической нагрузки, выполняйте элементы лечебных упражнений;
  • не позволяйте болезни управлять жизнью: обязательно трудитесь, обзаводитесь интересными знакомствами, создавайте семью;
  • устраните груз вины (забудьте о поиске виновных в болезни);
  • ежедневно улыбайтесь;
  • стремитесь получить удовольствие от мелких радостей (например, вкусной пиццы, лучика весеннего солнца).

Ответ на непростой вопрос: как жить с ревматоидным артритом, прост: радуйтесь, относитесь к случившемуся заболеванию легко. Неслучайно в библейских догмах уныние числится греховным поступком. Помните – ревматоидный артрит не принадлежит к категории заболеваний с обязательным летальным исходом. Правильное лечение недуга, консультации опытного доктора, соблюдение медицинских рекомендаций помогает полноценно взаимодействовать с миром. Настройтесь на долголетие, стремитесь исцелиться, мыслите позитивно!

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector